6 марта 2017 18:27

Владимир КОВАЛЮК: "Кварцяный говорит, а потом думает. Сербы его за это чуть не побили"

Во интервью UA-Футбол бывший футболист "Карпат", "Прикарпатья", "Днепра", "Динамо", "Шахтера" и "Волыни" Владимир Ковалюк рассказал о донецком опыте, "самоубийстве" Заяева, упорстве Долматова, о театральном дуэте "Кварцяный-Кушлик", постигровой депрессии и первых шагах на тренерском поприще.

- Вы уже констатировали, что "Шахтер", в который вы в ходе сезона 1998/1999 перебрались на правах аренды, был еще далеко не суперклубом. Воспринимали этот этап карьеры как возможность вернуться в Киев?

- Понимаете, "Шахтер" был конкурентом "Динамо" в любом состоянии. Со спортивной точки зрения. Поэтому когда моя аренда стала реальностью, такого шага не могли понять многие как в Донецке, так и в Киеве. Несмотря на то, что действительно принципиальным соперничество динамовцев с "горняками" стало в начале 2000-х, из Киева в Донецк и обратно переходило крайне мало футболистов. Собственно, Валерий Яремченко, который тогда был наставником "Шахтера", поэтому шанса и не давал, так как я был арендованным из клуба, который считался главным конкурентом. Мне сразу дали понять, что играть в основе не буду, а максимум на что могу рассчитывать - роль дублера Гены Орбу.

Конечно, подходы к работе в "Динамо" и "Шахтере" отличались. У Лобановского работала система, а у Яремченко было больше импровизации. Валерий Иванович пытался прививать команде техничный стиль игры. В те времена контраст между киевскими и донецкими футболистами особенно заметным был, когда они вместе собирались в составе национальной сборной. Динамовцы бежали, а дончане стояли. Лобановского это злило.

Коллектив в "Шахтере" тогда был просто бомбезный. Я тоже прижился там легко, ведь успел познакомиться с большинством футболистов "Шахтера" во время вызовов в сборную. Коллектив меня принял сразу. За счет этой сплоченности мы долгое время держались на первом месте. Первый круг закончили вторыми во многом потому, что динамовцы играли в Лиге чемпионов и их матч с нами перенесли на конец ноября. Команда выпала из игрового ритма почти на месяц и поэтому в Киеве уступила 1:2. До этого же мы играли очень мощно: "Днепр" разгромили 6:0, "Ворсклу" - 7:3, "Прикарпатье" - 6:1. Меньше трех-четырех голов в Донецке мы тогда забивали крайне редко. Это был тот момент, когда начинал набирать обороты Андрей Воробей, по флангам носились два Геннадии - Зубов и Орбу. Ну и, конечно, Мишка "Топор" в обороне.

-?

- Старостяк. У него такое прозвище было. За жесткость. Миша как ставил ногу, то рубил соперника. Его "западенскую" неуступчивость в Донецке ценили. Собственно, неудивительно, что Старостяк задержался в "Шахтере" настолько надолго.

- Вы второй круг сезона-1998/1999 провели уже в родном "Прикарпатье".

- Яремченко хотел меня оставить. Но вынужден был уйти из-за травмы. Порвал "ахилл" и вернулся в Киев. За средства "Динамо" мне зимой провели операцию. После того было три варианта - начинать с нуля и пытаться пробиться в основу киевлян, возвращаться в Донецк или искать другую команду. Понимал, что восстановление после такой сложной травмы требует времени, а значит шансов закрепиться в составе лидера мало. Именно в это время позвонил Анатолий Ревуцкий: "Возвращайся во Франковск, возьмем тебя в аренду. Нам футболистов не хватает, будешь играть постоянно и наберешь форму". Согласился, хотя время показало, что это было ошибочное решение. Стоило оставаться в Киеве и восстанавливаться здесь. Впрочем, меня в очередной раз подвело желания не просиживать на скамейке, а играть. Да еще и домой потянуло. Хотелось быть с женой, которая как раз родила ребенка. С тех пор карьера пошла на спад.

- Солидный спад, учитывая то, что отыграли еще 12 лет.

- Оно так, полкарьеры еще впереди. Но за топовые клубы больше не выступал. Однако то тоже были хорошие годы. Взять "Прикарпатье", в котором выпала возможность поработать под руководством Анатолия Заяева. "Дед" любил футболистов невероятно. Анатолий Николаевич имел привычку дарить каждому игроку на день рождения по 100 долларов. Мы об этом знали, поэтому иногда бывало, что перед своим днем рождения на выезд ехали даже те, кто дисквалифицирован или травмирован. После разминка в день матча Заяев выстраивал нас и говорил: "Мать родила большого футболиста". И вручал привычную "сотню".

Несмотря на почтенный возраст Анатолий Николаевич всегда поражал хорошим настроением, тем, что постоянно улыбался, рассказывал разные истории, писал письма. Перед тем, как давать установку на игру, Заяев звал меня как капитана команды: "Вова, надо посоветоваться по составу". Все свои мысли тренер записывал на бумаге. Списывал цели рулоны. Бывало, придет на установку и разматывает вот такой лист. "Сколько же он будет все это читать?" - думаем. Но Заяев шокировал тем, что скомкал бумагу и сказал: "Если я вам все это прочитаю, вы и так нихера не поймете. Значит, премия составляет столько-то, состав такой-то. Нам надо выиграть". Все.

Однажды Анатолий Николаевич, войдя в раздевалку, шокировал фразой: "Хотите, выброшусь с шестого этажа? Мне ничего не будет. Уже прыгаю". Мы не сразу поняли, что это шутка, а потом задыхались от смеха. Классный был мужик. Жаль, что он трагически погиб. О Заяеве у меня только положительные воспоминания. А в те времена тот позитив отражался на моральном микроклимате в команде. А еще помню, как Заяев звал к себе с "Прикарпатье" в "Таврию" нападающего Серегу Турянского. Это еще было время, когда мобильных телефонов не было. Дозвонился Анатолий Николаевич Сергею по городскому. "Смотри, это уже твоя квартира, - и звенит ключиками в трубку. - Приезжай, жилье у тебя уже есть".


- В Ивано-Франковске Заяев надолго не задержался.

- Мне трудно определиться с причинами, почему так произошло, ведь пришел в ходе сезона и до конца всех тонкостей не знал. Еще когда меня не было, "Прикарпатье" начало с Заяевым весьма хорошо, в частности переиграло дома 3:0 "Днепр". Но потом начались сбои, команда находилась на излете. Как следствие, в конце сезона, когда в Киеве нам выдумали переигровку за право остаться в высшей лиге против "Черкасс", Ревуцкий начал искать нового тренера. И остановился на кандидатуре Игоря Яворского.




- Впрочем, Игорь Петрович в следующем сезоне тоже не доработал даже до конца первого круга.

- Ревуцкий был человеком амбициозным. Результата не было и он искал другие варианты. Остановился на Сергее Морозове, сотрудничество с которым было знаковым потому, что этот тренер первым среди украинских специалистов перешел на оборону в линию. До этого по старой привычке все команды играли с задним и передним центральным защитниками. Позже по стопам Сергея Юрьевича пошел Александр Рябоконь. Для нас этот переход оказался непростым, точнее, необычным. Однако было интересно.

- Это Морозов перевел вас в защиту?

- Нет. Впервые на позиции левого бека несколько раз сыграл при Александре Ищенко в "Кривбассе". На постоянной основе в этой роли меня начал использовать Рябоконь, когда летом 2003-го перебрался из Кривого Рога в "Борисфен".

- По вашему мнению, Морозов задержался бы в Ивано-Франковске на дольше, если бы "Карпаты" в заключительном туре чемпионата-1999/2000 не сдали матча тернопольской "Ниве"?

- Наверное, да. Перед нами стояла задача - сохранить прописку в элитном дивизионе. Однако "Прикарпатье" выбыло и с нового сезона начало работать с другим наставником. Жаль, потому что работа с Сергеем Юрьевичем мне импонировала. Этого специалиста выделял вдумчивый подход к работе, он много рассказывал нам, немало внимания уделял тактической выучке. Для тех времен такие методы были редкими. В основном наставники делали акцент на беговой работе. Вообще, думаю, что это Морозов сам ушел из "Прикарпатья". Его знания и амбиции тогда нуждались в чем-то большем, чем первая лига.

- А ваши? После "Днепра", "Динамо", "Шахтера" и заработков в "Уралане" тоже очевидно хотелось чего-то большего.

- В принципе, я надолго в "Прикарпатье" и не задержался. Сыграл в Ивано-Франковске круг и перешел в российскую "Кубань". Но в Краснодаре у меня не сложилось. Дело в том, что приглашал меня в этот клуб не главный тренер Олег Долматов, а генеральный директор клуба Федор Щербаченко, бывший судья, который помнил меня по выступлениям в Элисте. Когда приехал на просмотр, Долматов сказал мне в глаза: "Ты у меня играть не будешь". "Какой смысл мне при таких обстоятельствах оставаться?" - спрашиваю Щербаченко. "Вова, я с Долматовым переговорю. Ты все ему докажешь", - успокаивал Федор Анатольевич. Любил он меня страшно. Но ничего из всего этого не получилось. Выпустил меня за те несколько месяцев пребывания в Краснодаре Долматов дважды на замену и тем все ограничилось. Закончилось все домашней игрой против "Амкара". В том матче играл почти весь второй тайм. Поединок завершился 0:0 и Долматов в раздевалке сказал, что команда не выиграла из-за Ковалюка. Я психанул, собрал вещи и уехал домой. Это был единственный случай, когда отношения с тренером у меня не сложились.

Вернулся в "Прикарпатье", а в межсезонье, летом 2003-го вместе с Ищенко переехал в Кривой Рог. Правда, в "Кривбассе" тоже пробыл недолго. При Ищенко играл постоянно, но зимой Александр Алексеевич ушел в отставку. Новым наставником стал Владимир Мунтян, а начальником команды назначили Александра Косевича. Они считали, что я - футболист возрастной и надо со мной прощаться.

- Рябоконя ваши 32 не пугали.

- У нас тогда в "Борисфене" целая когорта опытных собралась - Юра Вирт в воротах, Юра Максимов, Николай Волосянко, Андрей Анненков, Игорь Костюк, Сергей Коновалов, Тарас Ковальчук. Мы тогда даже "Динамо" 2:0 победили. В это никто не мог поверить. Мол, киевская команда и отбирает очки у своих. Да еще и Максимов дважды забил.

- Перед матчем никто не предлагал "постелиться"?

- Мы ожидали, что такие разговоры будут. Но все было на удивление тихо. "Ну и хорошо" - подумали мы и с чистой совестью киевлян победили. Это уже после матча Максимова начали "травить", что заберут у него квартиру. Но не думаю, что это были серьезные угрозы. Динамовцы были разочарованы, они не ожидали, что какой-то "Борисфен" возьмет и их победит. В конце концов, это был не ситуативный успех, мы же и в таблице неплохо шли, боролись с "Оболонью" за шестое место, а в итоге финишировали седьмыми. Обидно только, что у владельцев "Борисфена" вскоре закончились деньги и коллектив, который имел огромный потенциал, разбежался. Точнее, материальные трудности в клубе были всегда, но до поры до времени они решались. Мы жили в Киеве, матчи проводили в Борисполе, люди нас любили.

- В "Волынь" вас приглашал лично Кварцяный?

- Да, сам позвонил: "Володя, что у тебя какие планы?" Признаюсь, после того приглашение думал, что Луцк - это временно, что поиграю сезон и пойду в другое место. А получилось целых пять лет. К тому времени, кроме "Волыни", приглашали еще в "Закарпатье". Ужгородцы тогда боролись за выживание, а лучане претендовали на третье место. Этот фактор в моем выборе оказался решающим.


- По итогам сезона-2004/2005 "Волынь" финишировала восьмой. А потом провела один из самых загадочных чемпионатов в своей истории. После третьего места осенью весной лучане проиграли почти все и выбыли из высшей лиги. Существует мнение, что Кварцяный заигрался, "сдавая" матчи налево и направо.

- Такого варианта нельзя исключать, но стопроцентно утверждать, что именно так и было, не стал бы. Дело в том, что за третье место в первом круге руководство клуба с футболистами не рассчиталось. Гасить долги начали только в ходе весенней части. К тому времени коллектив посыпался. Не знаю, что там думал тренер, но я лично и, уверен, остальные футболисты пытались сделать все, чтобы выиграть хотя бы раз. О Кварце всегда говорят, что первый круг он играет, а второй нет. Однако это только слухи. Прямым текстом о сдаче матчей при мне он не говорил никогда. Собственно, в заключительном туре команда сделала все, чтобы остаться в элите. Забей тогда Вася Сачко "Таврии" пенальти, прописку мы бы сохранили. Впрочем, судя по всему, в тот момент высшая лига Луцку была и не нужна. Причина проста - отсутствие финансирования.

- Ваши отношения с Кварцяным простыми не назовешь.

- Когда приехал в Луцк, вспомнил молодость. Опять почувствовал, что такое настоящие нагрузки. Особенно на фоне тренировок в "Борисфене". Рябоконь придерживался тех же принципов, что и Морозов - опирался на работу с мячами и тактическую подготовку. А в Луцке мне вскоре после прихода выдали бронежилет. "Мы что воевать будем?" - спрашиваю. "Нет, бегать". И действительно, в тех брониках мы и кроссы бегали, и двусторонки проводили.

- Люди, которые прошли войну, говорят, что после постоянного одевание бронежилета спину им теперь вылечить сложно.

- Понятно. Не каждый позвоночник выдержит, когда бегаешь с таким грузом. Да еще и в моем случае, в мои 34. Но сначала тренировался на равных с молодежью. Некоторые поблажки от Кварцяного почувствовал только потом, года через три-четыре, когда мне было под 40. "Ковалюк без бронежилета", - говорил перед тренировкой Кварц. Тогда же, в 2004-м, к специфике привык быстро: бронежилет так бронежилет, надо бежать восемь километров - бегу. В общем эти нагрузки свой эффект давали. Люди делались более выносливыми. Мне такие методы точно не повредили. Нет проблем со спиной поныне.

- В "Волыни" середины первого десятилетия 2000-х украинцы были в меньшинстве.

- Легионеров у нас тогда было будь здоров. Сербы Марко Девич, Александр Тришович, Миодраг Джудович и Саша Митич, босниец Бранислав Крунич, сенегалец Папа Гуйе, нигериец Эдди Домбраи, румын Корнел Бута, поляк Северин Ганцаржик, эстонец Таави Ряхн - в раздевалке могло одновременно звучать несколько языков. Но это те, кто был заявлен, кто был в клубе на контракте. На сборах иностранцев было еще больше. За период межсезонья Кварцяный просматривал примерно людей по 40. Вся раздевалка была черной!

- Думаете, такая кадровая политика была оправданной?

- Конечно, немного наживались, втюхивая не слишком одаренных ребят, агенты. Не без того. Но в целом у Кварцяного есть чутье на таланты. Когда Папу Гуйе привезли на сбор в Турцию, мы думали: "Кого Кварц берет? Он же футбол не умеет играть". Папа приехал в шортах, в футболочке и шлепанцах, ему нашли на два размера больше бутсы и говорят: "Давай играй". А парень не только не играет, а просто спотыкается на поле. Когда Кварцяный говорил "Из него будет хороший футболист", мы реагировали иронично. Но потихоньку Папа начал набираться уверенности, приобретать навык и начал играть так, что через короткий промежуток времени сомнений в правильности решения Виталия Владимировича не было уже ни у кого. Все потому, что Папа работал добросовестно. Тогда как большинство других легионеров сачковали. Взять нигерийца Алози. Только нужно бегать, как у Майкла или что-то болит, или температура.

- Кварцяный не мог этого не замечать.

- Да давал прикурить так, что Боже упаси! Но вместе с тем Виталий Владимирович любил Алози. За то, что тот имел сумасшедшую скорость. Кварцяный видел в Майкле тот потенциал, который, к сожалению, не видел сам игрок. А вот те же Девич, Тришович к тренеру прислушались.

- Даже после того печально известного высказывания о том, что американцы недобомбилы Сербию?

- Ребята хотели Кварца побить. Виталий Владимирович сначала говорит, а потом думает. На эмоциях он может выдать что угодно. Он не учел, что, например, брат Джудовича в этой войне погиб. Когда Миодраг подошел к Кварцяному, то думал, что он его убьет. Но Джудович расплакался. К чести Виталия Владимировича, за свои слова он извинился. В конце концов, сербы же тоже знали нрав этого тренера, так и зла на него не держали. Это посла Сербии, который тоже отреагировал на эти высказывания, такие вещи могли удивить. А мы к выходкам Виталия Владимировича привыкли. Даже не припомню сразу, сколько раз он выгонял меня из команды, а затем возвращал обратно.

Как-то играли на выезде против "Харькова". Ведем 3:0. Бегаю на позиции левого защитника с той стороны, где сидит Кварцяный. Получаю мяч и отдаю передачу назад. "Что ты делаешь ?!" - неожиданно закричит тренер. "Владимирович, спокойно. 3: 0 ведем же", - имел неосторожность ответить я. Когда зашел в раздевалку, услышал: "Ковалюк, ты больше не капитан. Ты уволен". "За что?", - возмущаюсь. "Ты мне будешь рассказывать, сколько мы выиграем, на х ...?". Не представляете, как я был зол по итогам этой истории. Но возвращаемся в Луцк. Собрал сумку, отнес администратору и собрался уезжать. Осталось дождаться Кварцяного, чтобы отдал мне документы. Приехал Виталий Владимирович на автомобиле, с собакой. "Ты что здесь делаешь?", - спрашивает. "Подпишите мне документы и поеду". "Какие документы?", - переспрашивает Кварц. "Вы же меня вчера из команды выгнали" - "Володя, это было вчера. Быстро беги в раздевалку, переодевайся. Сейчас тренировка".

- Собственно, за "Волынь" вы выступали пять лет с полугодовой паузой, связанной с выступлениями за черкасский "Днепр".

- Туда Рябоконь позвал. Черкассы тогда пытались пробиться в высшую лигу, тогда как в Луцке команда была молодая, особых задач перед ней никто не ставил. "Отпустите, Владимирович, поеду. Заработаю копейку", - говорю. Отпустил, но в Черкассах у нас ничего не получилось. Говорили одно, а произошло другое. Вынужден был уйти. Сижу на базаре, пытаюсь продать машину. В этот момент звонит Кварцяный: "Что делаешь?" "Продаю машину" - отвечаю как есть. "Что, денег нет? Так приезжай в Луцк". "Зачем?", - переспрашиваю. "Как зачем? В футбол играть". Сел на ту же машину и непосредственно с рынка поехал.

- После этой истории Виталий Владимирович сказал о том, что Ковалюк был бы выдающимся футболистом, если бы слишком сильно не любил денег?

- Не вспомню. Зато помню, как мы на мой день рождения, 3 марта, играли в Ужгороде с "Закарпатьем". Снега навалило выше ушей. Вели 1:0, но на 93-й минуте я привожу в наши ворота пенальти. Матч завершается вничью. Результат как для выездной встречи вроде бы и нормальный, но могли же победить. Однако у меня день рождения. Поэтому сразу после матча уехал в Ивано-Франковск. Того, что тогда Кварцяный сказал на пресс-конференции, не слышал. На следующий день стою на франковском вокзале, чтобы возвращаться в Луцк. Подходит ко мне незнакомый чудак: "Вова, а где твои лыжи?" "Какие лыжи?" - возмутился. "Ты что не слышал, что Кварцяный на пресс-конференции сказал? Журналист его спросил, что он сказал Ковалюку за пенальти. Тот ответил, что пусть едет и в горах на лыжах катается".

- Вот цитата из книги Кварцяного "Футбол - это не только победы": "Саша Пищур мог на сборах куда-то пригласить команду, как это было в Трускавце. Вечером они пошли в ночной клуб, чтобы погулять, пока весь Трускавец с кувалдами не полез к нашим футболистам. Тогда себя "хорошо" зарекомендовали Бодя Карковский, Володя Ковалюк, Юра Дручик, Виталий Недилько, Макс Лисовой, Саша Пищур. Вот эта группа так весело гульнула в Трускавце, что потом всю ночь разбирались, еле урегулировали ситуацию".

- Это была комедия. Сидели с Пищуром в отеле, томились. "Саня, - говорю, - поехали на дискотеку, посмотрим, как наши молодые готовятся". Пока мы приехали, молодежь с кем-то сцепилась. Кто-то кого-то случайно толкнул, слово за словом и все началось. Я не танцевал, стоял за барной стойкой. Вдруг вижу, что весь зал, словно пчелы, выбежал на улицу. На помощь своим прибыло пол-Трускавца. Всех наших побили, все лежат. "Надо звонить Кварцяному" - говорю. Звонить взялся Пищур: "Виталий Владимирович, наших избили, надо что-то делать". "Сейчас буду", - отвечает тот. Кварцяный разбудил всех тренеров, водителя клубного автобуса и вместе они поехали в ночной клуб. Это было эффектно, когда автобус "Волынь" (Луцк) подъехал под дискотеку. Объяснять ситуацию Кварцу взялся некий полковник. Тренер послушал и говорит: "Наши здесь не виноваты, что вы от них хотите?" За футболистов Кварцяный стоял горой.

Одним словом, как-то все уладил, зашли мы в автобус. "Катастрофа будет" - думаю. Ночью Кварцяный не сказал ни слова. А утром отправил кого-то из помощников, чтобы они сообщили, что те, кто был на дискотеке, не тренируются. Собрали команду вместе и говорят: "Старшие футболисты сегодня тренироваться не будут, они устали, пусть поплавают в бассейне, попарятся в сауне". Мы были шокированы и не могли понять, что происходит. Но удивительно - никаких последствий не было. Должен сказать, что Кварцяный за такие загулы не наказывал никогда. Более того, он за нами не следил. Делайте, что угодно. Главный показатель для Виталия Владимировича - футбольное поле. Выкладываешься там на полную, кривого слова в свой адрес не услышишь. Даже ко мне, когда был старше и перенес две операции, относился с пониманием, осознавал, что где-то не успевал не потому, что недоработал, а потому, что действительно не смог сыграть.

Поговорить же с Кварцяным о жизни - одно удовольствие. Он очень образованный, прочитал много книг. Назвал бы его философом. Виталий Владимирович рассказывает немало жизненных историй. Умеет посоветовать и успокоить. Но только выходим на поле, Кварцу без разницы - Ковалюк ты, Пищур или Дручик. Словами стреляет, как из автомата.



- Виталий Владимирович выяснил, кто его записал в автобусе и залил ту запись о Хачериди, который пойдет жить в общежитие, в "Ютьюбе"?

- Думаю, догадывался, кто это. Понятно, что это кто-то из молодых. Нам, старикам, ума для этого не хватило бы. Понимаете, у Кварцяного крик в раздевалке стоит после каждого матча. Если бы его начали писать постоянно, можно было бы целую книгу с афоризмами выдать.Как-то забегает в перерыве матча в раздевалку. В Луцке она длинная, как коридор. Кварцяный так же как Лобановский обращал внимание на ТТД, но главными для него показателями были подкаты и отборы. "Вы что не умеете подкатов делать? - краснеет. - Разве это подкаты?!" И с разгона, в своем белом костюме через всю раздевалку демонстрирует "настоящий" подкат. "Вот как надо!" - кричит.


- Юрий Дудник рассказывал, как Кварцяный падал пузом в болото, демонстрируя Василию Сачко технику игры головой.

- Это еще мелочи. Как-то Виталий Владимирович сказал, что мы должны драться, как Александр Матросов. Поскольку команда была почти полностью составленная из легионеров, его не очень поняли. Так он начал демонстрировать, что это за герой, жестами. А потом крикнул своему помощнику Петру Кушлику: "Бери автомат" Тот схватил швабру, упал на землю и, изображая фашиста, начал ртом стрелять. Кварцяный же с разбега бросился под "дуло". "Все поняли?!" - спрашивает после этого спектакля. Он любит сравнения с павликами морозовыми, с амбразурами.

- Последний матч за "Волынь" вы сыграли на старте сезона-2010/2011.

- Проиграли тогда 0:4 "Ворскле". Я тогда вернулся после травмы и играть в полную силу не мог. Сказал об этом тренеру еще накануне, поэтому встречу на позиции левого защитника начал Макс Лисовой. Однако мы быстро пропустили и Виталий Владимирович кричит: "Выходи, надо что-то делать". Бросил меня под танки, потому что в это время Денис Кулаков выглядел очень сильно. Отвозил он сначала Лисового, а потом и меня так, что не знали, куда деваться. Кварц свирепствовал: "Все, Вова, тебе 40, надо заканчивать!" Мне было 38, но сказал: "Пора так пора. Спасибо за то, что и так на пять лет продлили мне карьеру". Спокойно поговорили и на том разошлись.

- Но карьеру вы не закончили.

- Вернулся домой и получил предложение поиграть в "Прикарпатье". Задержался более чем на год. Но команда сыпалась, с первой лиги мы скатились во вторую. Понимал, что это уже все. Но к новой жизни, жизни без футбола, адаптировался очень трудно. Немного проще было, когда при Кушлыке был сначала играющим тренером, а потом полноценным помощником. После того как команда развалилась, оказался на обочине. В футбол играл всю сознательную жизнь, ничего другого делать не умел и не умею. Паниковал, не знал куда податься. К бизнесу надо иметь тягу, были другие задумки, но с ними тоже ничего не получалось.

В итоге решил, что попробую возродить в Ивано-Франковске профессиональный клуб. Начал с низов. Тренировал команды первенства области, в частности работал в Яремче, затем взялся за составленную на основе молодых футболистов команду "Ника" в Ивано-Франковске. Постепенно начал отживать. Хотя поначалу переживал нечто вроде паники.

- Знаю немало примеров, когда люди в таком состоянии запивали ...

- ... И потом к нормальной жизни не возвращались. Мне больше повезло, Бог так распорядился, что как-то одновременно стал и директором стадиона "Рух", и тренером возрожденной команды, которая с недавних пор снова носит название "Прикарпатье". Тогдашний заместитель мэра города Михаил Верес чуть не вытолкал меня на должность. Я сопротивлялся: "Михаил Иосифович, я - директор стадиона? Что я там буду делать? "" Потихоньку научишься ", - говорит тот. "Дайте мне хоть сутки, чтобы подумать и посоветоваться" - прошу. "Утром жду твоего ответа" - пан Верес поставил меня в рамки. После того позвонил маме. "Попробуй, - говорит та, - получишь шанс, а уйти всегда успеешь". В девять утра следующего дня набираю заместителя мэра: "Михаил Иосифович, согласен, но не умею делать ничего". "Ничего, научишься".

Когда приступил к исполнению обязанностей, ужаснулся. Там течет, там что-то разбито, там сломано. Михаил Николаевич, 72-летний работник стадиона с многолетним стажем только подсказывал, сколько у нас проблем. А я ужасался: "Как это все порешать?" Но с каждым днем втягивался и сегодня уже все понимаю. Сейчас в Украине проблем нет у единиц. Однако когда ты постоянно занят (думаешь, как постричь поле, что-то подкрутить или отремонтировать), то на мысли о трудностях не хватает времени. За день набегаешься так, что придя домой, падаешь на кровать и отключаешься. Признаюсь, очень рад, что после игровой карьеры у меня снова появилось вдохновение, азарт. Это при условии, что в настоящее время хлопот больше. Ранее потренировался и ушел домой, ни за что не отвечаешь. Теперь потренировал команду. А потом сидишь и думаешь о том, что делать завтра.

А вот куда не хотел бы, так это в политику. Однажды попытался идти в депутаты, но в этом процессе понял, что мне это не надо. Хотя люди в Ивано-Франковске и говорят мне, что я как Кварцяный - тренер, президент, директор. "Еще депутатом будешь" - говорят. Но не думаю. Меня в нашем футболе вот эта тотальная политизированность раздражает больше всего. Политики используют футбол в своих интересах, а дело страдает, распадаются команды. Меня смешат депутаты, которые говорят: "Зачем нам тот футбол?" Но мы хотим иметь сильную армию. А для этого нужно иметь здоровую нацию. А чтобы иметь здоровую нацию, надо, чтобы люди занимались спортом. Мы же приходим к тому, что дети не хотят ходить на уроки физкультуры. Ранее для нас это был самый любимый предмет. Бегали, прыгали, играли в баскетбол, волейбол, футбол. Это же здоровье!

Отдельные наши политики оправдывают свою позицию тем, что, мол, есть на что тратить бюджетные средства и кроме футбола. Но почему никто не учитывает, что "Прикарпатье" по посещаемости во второй лиге идет на первом месте? Соответственно эти налогоплательщики будут не против, если их деньги пойдут на развитие их любимой игры?

- Верите в то, что "Прикарпатье" когда-нибудь вернется в высшую лигу?

- Сейчас об этом говорить рано. Сейчас комплектую команду по принципу, согласно которому в "Прикарпатье" выступят только франковские футболисты. То есть люди, которые могли играть в других командах, но являются воспитанниками нашего футбола. Стараемся возвращать тех, кто выступает в других городах. Конечно, можно пойти более простым путем. Собрать команду из тех, кто на данный момент сильнее и быстро выйти в первую лигу. Но такое направление лишено перспективы, потому что завтра этим людям предложат больше и нам придется формировать команду заново. А своим выступать за родной клуб почетно. Хотя бы потому, что им есть для кого играть, на них постоянно приходят родные, друзья, соседи. Клуб можно строить по двум принципам - давать шоу или играть для своего зрителя. Шоу в силу отсутствия средств дать мы не способны. Поэтому надо сконцентрироваться на втором пути. Что мы и делаем.

Если мне дадут довести начатое до конца, то "Прикарпатье" будет вполне боеспособным. Но надо набраться терпения, потому что только мы начали первый круг и шли на пятом месте, как сразу начались разговоры о том, что команда способна выходить первую лигу. Но чудес не бывает. Мы не проводили сборов, большинство футболистов еще выступали на уровне первенства области. Профессионалами у нас были только трое, и те уже на закате сил. Да, мы начали хорошо, но я понимал, что через месяц коллектив попадет в яму. После нагрузок посыпались травмы, после нескольких поражений игроки подсели морально. А люди, от которых мы зависим, начали удивляться. Но все, что произошло - закономерно. Думаю, что нынешнее 11-е место - вполне приличный результат. Хотя добери все свое, могли бы быть восьмыми. Надеюсь, весной будем играть стабильнее.