3 июня 2020 20:16
Интервью из прошлого. Флорин Чернат: "Луческу советовал переходить в "Динамо"

К 25-летию некогда популярной газеты КОМАНДА мы решили открыть рубрику «Интервью из прошлого», в которой найдем место наиболее резонансным и памятным публикациям разных лет, пишет zbirna.com.


Сегодня герой проекта — румынский экс-полузащитник киевского Динамо Флорин Чернат.


— Ты начинал играть во дво­ре или сразу отправился в специализированную школу?

— Все начиналось во дворе и в школе, а потом уже пришло время заниматься футболом серьезно, под руководством спе­циалистов.


— Румынские мальчишки, на­верное, тренируются в пре­красных условиях, на хороших футбольных полях?

— Отнюдь. Кстати, до того как меня вызвали в юниорскую сбор­ную, я постоянно играл на фут­больных газонах далеко не луч­шего качества. Зачастую это бы­ло вообще гаревое покрытие.


— Откуда же такая техника владения мячом?

— Наверное, от папы с мамой…


— В период «дикого» футбо­ла приходилось бить стекла?

— Еще как! (Смеется.)


— Родители ругали?

— Они просто платили за выбитые мной окна…


— Расскажи немного о своей семье.

— Отец работает на металлур­гическом комбинате в Галаце. Он простой рабочий. Мама очень любит маленьких детей и до сих пор работает в детском садике. Есть еще младшая сестра, ей 17 лет, и она учится в последнем классе лицея.


— И ты, конечно, скучаешь?

— Это лишний вопрос — дни считаю до поездки в Галац.


— В родительском доме тебя ожидает своя комната?

— Я уже не живу с родителя­ми, хотя в их трехкомнатной квартире до сих пор есть моя комната, в которой хранятся раз­личные футбольные афиши, куб­ки, призы и медали.


— Что, кроме футбола, тебя увлекало в детстве?

— Только футбол. Правда, есть еще одна слабость — ры­балка. Я даже здесь, в Киеве, ус­пел порыбачить. На Днепре и в Конче-Озерной, недалеко от динамовского отеля. Ничего осо­бенного я не поймал, зато здоро­во отдохнул. Люблю рыбачить в дельте Дуная. Правда, этому не­обходимо посвятить несколько дней, и последний раз мне удалось так отвести душу прошлым летом. К сожалению, в Киеве очень много приходится тренироваться — у меня почти ни на что не остается времени.


«Скоро начну ходить пешком…»


— Какое было самое первое впечатление от Киева?

— Было очень холодно. Когда я спускался с трапа самолета, была первая мысль о Киеве. (На дворе стоял холодный киевский ноябрь. — Прим. авт.)


— Чем тебя удивила наша столица?

— Чистотой и порядком! По сравнению с Бухарестом это очень зеленый и аккуратный го­род, он с первых же дней просто запал мне в душу.


— Где живешь в Киеве?

— Недалеко от улицы Сагайдачного, рядом с набережной, в очень красивом месте.


— За время пребывания в столице хорошо успел познако­миться с ней?

— В принципе, да. Но нынче снова возникли трудности, в цен­тре многие дороги перекрыты и приходится искать объездные пу­ти. Это заставляет как бы заново знакомиться с городом. Если так будет продолжаться и дальше, а центр чуть ли не весь перекопан, скоро начну ходить пешком. А вот у Даны, моей спутницы жиз­ни, подобных проблем меньше — у нее больше свободного времени, и она успела неплохо по­знакомиться с Киевом. Особен­но хорошо она знает расположе­ние всяческих магазинов.


— Флорин, ты довольно часто пользуешься услугами киев­ских таксомоторов, у тебя на­верняка есть свой постоянный водитель?

— Целых три. Вообще это свя­зано с тем, что лишь недавно у меня появился свой автомобиль.


— Ты хороший водитель?

— Когда начинал водитель­скую практику, имел проблемы… Пару раз цеплял чужие машины. Тогда я был далек от мастерства пилотов Формулы-1.


— Судя по твоим словам, ты не равнодушен к Королевским гонкам?

— Да, люблю понаблюдать за перипетиями Гран-при. Моим са­мым любимым гонщиком был бразилец Айртон Сенна. Теперь болею за Михаэля Шумахера, за кого же еще? Правда, на мой взгляд, его младший брат Ральф, выступающий за команду Уильямс-БМВ, выглядит нынче даже предпочтительнее. Жаль, что мне ни разу не удалось по­смотреть гонки вживую. Есть этап, который проводится побли­зости — и Венгрии, но футбол просто не дает мне возможности выкроить время для поездки.


— Что в Киеве в первую оче­редь привлекло твое внимание?

— Я сразу же посетил Киаво-Печерскую лавру. Побывал во всех ее заповедных местах. Это было очень захватывающе, ведь я православный. Меня поразили масштабы этого монастыря — площадь святыни превосходит размеры Ватикана. И хотя я не так часто бываю в храме, гораздо ча­ще это делает Дана, но я с боль­шим благоговением отношусь ко всему, связанному с Богом.


— Кто тебе помогал в знаком­стве с лаврскими святынями?

— Мой футбольный импреса­рио Аркадий, который родом из Молдавии. Он является футболь­ным агентом в Молдавии, Укра­ине и России.



«Шахтер отличается от других соперников»


— Давай вернемся к футбо­лу. Ты сознательно стремился в Киев к Лобановскому?

— Он очень широко известен у нас в стране. Необходимо учиты­вать тот факт, что Динамо весьма успешно выступало в предыдущие два года в Лиге чемпионов, четверо киевских футболистов сегодня защищают цвета ведущих западных клубов, какие еще нужны аргументы?


— Динамо станет твоим ев­ропейским трамплином?

— Хочется на это надеяться. Я считаю, что в любом случае ки­евский клуб является серьезной ступенью для повышения уровня моего мастерства.


— Что больше всего порази­ло в Лобановском?

— В первую очередь — его тренировки. Меня удивило оби­лие специальных игровых упраж­нений — постоянно проводятся своеобразные игровые серии. Раньше мне не приходилось ра­ботать таким образом — ни в бу­харестском Динамо, ни в мо­лодежной сборной Румынии.


— Как часто ты общаешься с главным тренером?

— Личные беседы один на один были всего два-три раза. Одна из них предшествовала матчу с донецким Шахтером. В основном же общение с командой происходит во время теоретических занятий и на предыгровых установках.


— Припомни, что тебе гово­рил Валерий Васильевич перед матчем с горняками?

— Шахтер отличается от дру­гих соперников — все остальные значительно слабее. Наставник попросил меня быть очень вни­мательным на протяжении всей встречи, поскольку в составе донетчан действуют футболисты, выступавшие ранее в довольно сильных футбольных лигах.


«Русский язык учу посредством английского»


— Как ты получаешь игровые установки, ведь в Динамо ни­кто не говорит по-румынски?

— Это многоступенчатый про­цесс. Во-первых, я уже немного говорю по-русски. Во-вторых, Алексей Михайличенко, свобод­но владеющий английским, до­водит до меня установку на матч. По-английски понимаю достаточ­но неплохо.


— Таким образом, кроме рус­ского языка ты постоянно прак­тикуешься в английском?

— Более того, я изучаю рус­ский язык посредством англий­ского. Это может показаться странным, но я столкнулся с трудностями при попытке разы­скать румыно-русский словарь. Оказалось проще идти именно таким путем, чем изучать язык напрямую. Хотя при этом мне действительно очень непросто понимать профессиональную терминологию, ведь английским языком я владею не настолько хорошо… Я объяснил своему преподавателю, что мне трудно, но, увы, мой учитель ничем по­мочь не может, ведь он говорит по-английски, но не знает ру­мынского…


«Обычно после тренировок практикуюсь в «стрельбе»


— Железная дисциплина в украинском клубе тебя не уди­вила?

— Мне действительно при­шлось столкнуться с очень серь­езной дисциплиной, которая является неотъемлемым элементом высокого профессионализма. В киевском Динамо тренировка означает тренировку, работа на тренажерах — занятия в трена­жерном зале, а отдых — по-на­стоящему является отдыхом…


— Для тебя не стал сюрпри­зом подсчет ТТД в киевском Динамо?

— У нас в Румынии тоже счита­ют количество действий, выпол­ненных футболистом во время матча, но делают это не столь по­дробно, как здесь, и не столь регу­лярно — только когда проводят ответственный поединок. А вот че­го нет у меня на родине — так это компьютерного тестирования, ко­торое, например, было проведе­но, как только я приехал в Киев.


— Когда мы приехали на базу брать интервью, на тренировоч­ном поле Александр Мелащенко отрабатывал удары по воротам. У тебя остаются силы после тре­нировочных занятий для сво­бодной работы с мячом?

— Я тоже оставался с Сашей бить по воротам и только перед самым вашим приездом поднялся в номер, чтобы подготовиться к встрече. Обычно я всегда остаюсь после тренировок попрактиковать­ся в «стрельбе». При этом со мной работают еще несколько ребят. Все зависит от внутреннего состо­яния футболиста, если чувствуешь необходимость в дополнительной тренировке, то обязательно оста­ешься на поле после того, как все отправились отдыхать.


Как много времени у тебя у шло на адаптацию к манере игры киевского Динамо, или, на твой взгляд, она еще не за­вершена?

— Самым трудным периодом были первые две недели, кото­рые пришлось безвыездно про­вести на базе. В день проводи­лось по две-три тренировки, а я практически ничего не понимал по-русски, что еще больше ус­ложняло мое положение. Пер­вые четыре тренировочных дня в киевском Динамо были невероятно трудными. До начала тренировочного сбора я не при­касался к мячу на протяжении целого месяца, а тут срезу мно­горазовые занятия… Можете себе представить мои ощуще­ния! На пятый день команда сдавала тест Купера. В резуль­тате этого экзамена я недобрал да нормы 20 метров.


Но и это еще не все. Я никогда раньше днем не спал, а в Киеве так ус­тавал, что днем с удовольстви­ем ложился в постель. Поначалу боялся, что из-за дневного сна буду плохо спать ночью, но не тут-то было. Спал как младе­нец. И только после Нового года стало чуть попроще, к тому же после праздников я вернулся в Киев вместе с Даной.


Флорин, если бы тебя по­просили составить список луч­ших, на твой взгляд, футболис­тов планеты на сегодняшний день, то чью фамилию ты по­ставил бы под номером один?

— Хаджи.


А он видел твою игру?

— Да. Георге бывал на моих матчах.


Какова его оценка твоих действий на футбольном поле?

— Он пожелал мне больше ра­ботать над собой и ни в коем слу­чае не довольствоваться достиг­нутым уровнем мастерства.


Ты будешь с ним советоваться, если у тебя возникнет необходимость?

— Конечно. Сразу после мо­его первого визита в Киев, в ходе которого я знакомился с командой, городом и вел пере­говоры с президентом клуба, я отправился в Стамбул на матч Лиги чемпионов Галатасарай — ПСЖ. После игры мы пошли в ресторан вместе с Ха­джи, Попеску и их бухарестски­ми друзьями. К нам присоеди­нились Жардел и тренер ту­рецкого клуба Мирча Луческу. За ужином Луческу сказал, что мне не стоит волноваться по поводу отъезда в Киев.


Дей­ствительно, бытует мнение, что футбол в Украине и России не очень высокого качества. Но чего стоит одно киевское Динамо, которое на протяжении последних лет демон­стрирует очень хорошую игру! Тренер этой команды — на­стоящая футбольная личность, его имя широко известно в Европе. Мирча уверял, что в Ки­еве меня ожидает большое бу­дущее и успех. Мне же необхо­димо соблюдать одно условие: трудиться на поле не жалея своих сил. Поэтому я и выбрал киевское Динамо.


«Они встретили меня на кухне в масках»


Всем стала известка исто­рия твоей поездки на день рож­дения к Валентину Белькевичу. А как ты сам встретил свой праздник?

— 11 марта киевское Дина­мо играло на выезде в Мари­уполе, а когда я вернулся до­мой, меня ждал сюрприз. Вместе с Даной приехали двое наших румынских друзей. Они встретили меня на кухне в мас­ках и здорово напугали (смеет­ся). А затем был прекрасный праздничный вечер.


Какой подарок ты хотел бы получить к следующему дню рождения?

— У меня нет больших амби­ций в этом плане. Самый лучший подарок, который я уже успел получить, связан с футбо­лом. Я благодарен судьбе, что выступаю в составе киевского Динамо — не просто являюсь его игроком, а выхожу на поле в стартовом составе и играю, как мне кажется, все лучше и лучше.


Твоя самая заветная цель?

— Во-первых, достичь как мож­но больших вершин в футболе. А во-вторых, иметь свою семью. Я очень люблю детей и не мыслю своей будущей жизни без них.


Владимир Черно-Иванов, 22.06.2001