19 мая 2017 09:42
Шандор Варга о торгах за Реброва, отказе Калитвинцева ехать в Англию, желании Лужного уйти из "Арсенала" и другом

После ноябрьского интервью, информативного, но в достаточной мере спонтанного, в комментариях звучали упрёки: хорошо, но мало. Справедливые упрёки. Всё-таки немногие располагают столь широкими связями в футбольном бомонде. Ещё меньше людей готово о них говорить. А так увлекательно и «вкусно» это делать, как Варга, по-моему, не умеет никто. Как только Шандор прибыл в Москву, я сразу напросился в гости – надо же исправляться перед читателями.


Как Остерехер Пушкаша в «Реал» сватал


— Вы к нам по делам или отдыхать?

— Много причин, но основная всё же деловая. Мы с партнёрами открываем офис компании Base Soccer в Восточной Европе, а Россия сейчас находится в центре внимания всего футбольного мира. Подходящий повод лишний раз посетить город, в котором окончил институт физкультуры, женился и стал отцом. Иностранцу тяжело уехать из России без русской жены.


— Агентом ФИФА стать не легче?

— В моё время это удовольствие стоило 200 тысяч швейцарских франков – таков был размер вступительного взноса. Для ФИФА, в ту пору скромной в финансовом плане организации, это было большое подспорье. Лицензию под номером 001 мне лично Блаттер выдавал. Но, верите, ни разу в жизни не пришлось её предъявлять.


— Почему?

— Если Алекс Фергюсон меня знает, он не будет требовать бумагу. Когда практиковал мой первый учитель Эмиль Остерехер, тоже венгр по национальности, понятия «агент ФИФА» вообще не существовало. Что не помешало ему привезти в мадридский «Реал» Ди Стефано и Пушкаша. Впоследствии, когда Ференц уже закончил играть, Эмиль оставался для него членом семьи. Решал проблемы жены, детей, внуков. В моём понимании так и должен относиться агент к своим клиентам.


— Если не ошибаюсь, Пушкаша не хотели брать в «Реал»?

— Ференц был немолод. 31 год по тем временам – всё равно что 41 сейчас. Восприятие одинаковое. Но Эмиль терпеливо «обрабатывал» Бернабеу, легендарного президента «Реала»: «Возьмите Пушкаша, не пожалеете». Тот кривил рот: «Да он старый, 30 кило лишнего веса…». Но Остерехер не сдавался: «Ференц очень хочет к вам» — притом что в действительности Ференц уже ничего не хотел и всерьёз подумывал завязать с футболом. Пушкаша, наоборот, Эмиль убеждал, что Бернабеу мечтает видеть его в своей команде. В моей карьере, кстати, был похожий случай.


— Расскажите.

— Находясь в Саудовской Аравии, вёл телефонные переговоры по переходу Сергея Реброва. Президенту «Динамо» Суркису говорил: «Вы просите слишком много», а его коллегу из «Тоттенхэма» сэра Алана Шугара мягко укорял: «Вы предлагаете чересчур мало». Дети смотрели на меня с недоумением: «Папа, ты сейчас врёшь?». К разным методам приходится прибегать, чтобы привести стороны к компромиссу (улыбается).


— С Пушкашем чем дело закончилось?

— Ференц приехал в Испанию, провёл в «Реале» девять прекрасных лет и забил семь голов в двух финалах Кубка чемпионов.


Как Суркис и Шугар за Реброва торговались


— Трансфер Реброва – самый сложный в вашей практике?

— Пожалуй. Сложность заключалась в цене. С одной стороны – Григорий Суркис, с другой сэр Алан Шугар, прижимистый, как настоящий еврей (недаром он у королевы Англии советником по финансовым вопросам состоял). Условия Реброва согласовали за пять минут. По трансферной стоимости торговались долго. Начали с пяти миллионов фунтов – дошли до десяти. И застопорились.

«Динамо» стоит на 12, Шугар наотрез отказывается повышать предложение. Ребров, смотрю, нервничает: контракт под угрозой срыва. Тренер Грэм расстроен. Я с Григорием ещё раз переговорил. Он немного смягчил позицию: миллион добавит – и по рукам. Но как из Шугара этот миллион выбить?


— Действительно — как?

— Меня осенило! «Сэр Алан, — говорю, — какого лешего мы обсуждаем ценник, если он на товаре указан!». И сую ему снимок Реброва с 11-м номером на майке. Что ты думаешь? Сработало! По меркам 2000 года 11 миллионов фунтов были фантастическими деньгами.


Как Симонян с венгерскими ветеранами былое вспоминал


— С Черчесовым давно знакомы?

— Очень. С тех пор как Стас играл за юношескую сборную, а я в комплексную научную группу сборной Союза входил. Друзья из УЕФА, узнав, что я в Москве, пригласили посетить курсы Grassroots — программы развития массового футбола. «Ничего, спрашиваю, если не один приеду?». – «Нет, конечно». Попросил Черчесова составить компанию. Для участников появление первого человека национальной команды стало огромным сюрпризом. Станислав не ограничился ролью почётного наблюдателя — принял активное участие в работе курсов. Такие моменты не только важны для страны с точки развития футбола — они значительно повышают имидж России в глазах иностранных гостей. Тем более Станислав свободно владеет английским, немецким языками.


— Каким он был в юности?

— Очень целенаправленным. Было видно: футбол для него – всё. Впоследствии я внимательно следил за его карьерой и до сих пор вижу в нём жажду к успеху, творчеству и самосовершенствованию. На днях Стас упрекнул в шутку: «Что же ты, Шандор, до сих пор на наших играх не был? Раз ты не идёшь ко мне, тогда я привезу команду к тебе!». И 5 июня я, по всей видимости, увижу её вживую в родном Будапеште.


— Видел вас на прошлом матче россиян в Венгрии.

— Да, при Доне Фабио. Никита Палыч Симонян ещё попросил устроить встречу с Грошичем и Бузански, последними на тот момент оставшимися в живых членами легендарной сборной Венгрии 1950-х. Той самой, которая за пятилетку один матч проиграла – в финале чемпионата мира – и из-за этого стыдилась домой возвращаться. Первым делом ветераны возложили цветы к могиле Ференца Пушкаша. Сели разговаривать. Грошич и говорит Симоняну: «А помнишь матч «Гонведа» со «Спартаком» в 1953-м, на открытии «Непштадиона»? Ты мне такой гол забил! Левую ногу поднял, думал – пас отдашь, а ты в угол пробил…». Прошло 60 лет, а человек движение ноги помнит, представляешь?


Как Сёмин нашёл ключ к Милевскому, а Фергюсон – к Кантона


— Вы отзывались о Сёмине: «В наше время такие люди почти вымерли». Расшифруете?

— Его качества психолога ярко проявились в киевском «Динамо». Там были тяжёлые ребята – Милевский, Алиев. Так вот Сёмин выжал из них даже больше, чем в них есть. Меня всегда подкупала его человечность. Тронула сценка в ноябре прошлого года. «Локомотив» со счётом 4:0 обыграл «Анжи» — стадион ликовал, праздновал. Юрий Палыч поблагодарил своих болельщиков, а потом пошёл к гостевому сектору… и низко поклонился. Выразил восхищение тем, как они поддерживали команду даже при безнадёжном счёте.


— Так он же тренировал раньше «Анжи».

— Понимаешь, не каждый тренер так сделает. Это и есть настоящее лицо футбола. Футбол должен учить хорошему людей.


— Приезжая к вам в гости, Юрий Палыч непременно шёл в церковь?

— Это было, когда я жил в Монако. Первым делом Сёмин шёл в православный храм и только во вторую – в хороший винный магазин (улыбается). Думаю, духовность помогает ему и в 70 лет оставаться в таком потрясающем тонусе.


— По большому счёту, Алиев с Милевским только у него и играли.

— Потому что Сёмин нашёл к ним ключ. Это только великим тренерам дано. Фергюсон рассказывал: Кантона на первых порах в Манчестере из ночных клубов не вылезал. Парень холостой, видный… Однажды тренеру доложили: Эрик опять перебрал с выпивкой, буянил. Утром перед тренировкой зовёт его к себе. Тот напрягся. Заходит в кабинет, а Ферги, как ни в чём не бывало: «Ну как ты тут устроился? Не адаптировался ещё, скучаешь?». Кивает. А сэр Алекс ему: «Сходи в такой-то ресторан, паб, клуб – всё на хорошем уровне. Ты, кстати, чай с лимоном пьёшь или с молоком?». Кантона слушает и не понимает, что происходит.


— Что дальше?

— На следующий день Фергюсон опять вызывает его к себе: «Ну что, сходил?». – «Да, тренер». – «Правда высокий уровень?». – «Очень! Культурно, вкусно». – «Так прекрати, чёрт подери, шататься по своим притонам!».


— Круто!

— Другой бы выгнал его нафиг, а Алекс нашёл подход. Он понимал, что этот игрок ему нужен, и переступил через себя. Троицу Гиггз – Канчельскис – Кантона Фергюсон по сей день вспоминает с ностальгией.


Как сэр Алекс шахтёров уважил


— Ещё любопытные ситуации были?

— Приезжаю в Манчестер по личному делу. Звоню Алексу: «Я в городе». Он оправдывается: «Мы сегодня играем с «Арсеналом». Извини, не могу организовать билет на матч – все шахтёрам из Чили отдал». Помнишь, они два месяца в забое сидели – весь мир за операцией по спасению следил! Когда их наконец достали из-под земли, Алекс сделал красивый жест – пригласил на «Олд Траффорд». «Не беспокойся, — говорю. – Я завтра приду на базу – там и свидимся». Меньше часа до матча – звонок. На проводе Фергюсон: «Шандор, я достал билет – приезжай!». Я был в шоке: «Алекс, иди к команде, ёлки-палки!..». Ну кто я такой – маленький человек в футболе, а он за час до важнейшей игры помнит о заблудившемся венгре. Не случайно таким людям сопутствует успех.


— С сэром Алексом по стопке поднимали?

— Бывало. В те славные времена, когда в раздевалке «МЮ» влетало то Бекхэму, то ещё кому, он виски предпочитал. Опрокинет рюмочку после игры – и совсем другим человеком к журналистам выходит. Во взгляде – мир, любовь. Теперь на красное вино перешёл. Бизнес целый открыл. Причём сам ездит, выбирает сорта. На курсах УЕФА Энди Роксбург всегда просил Алекса выбрать вино по своему вкусу. Приезжаем на банкет. Фергюсон пригубил из бокала, поморщился: «Что за бурду мне принесли?». А Энди оправдывается: «То, что ты выбрал, УЕФА не может оплатить». Другую историю он сам пересказал.


— Интересно.

— Приходит Алекс после игры домой. Жена на него взглянула и говорит: «А теперь выйди, оставь это выражение лица за дверью и ещё раз зайди». Знаешь, почему он перестал тренировать?


— Возраст, здоровье?

— Ерунда. Энергии и азарта ему и сейчас не занимать. Просто всю карьеру – игрока, потом тренера – близкие оставались у Алекса словно на втором плане. Сестра жены выполняла многие обязанности по дому. Её смерть сильно подкосила миссис Фергюсон. И тогда он принял решение: сколько буду жить, буду рядом с женой.


— Чем он сейчас занимается?

— Получил почётную должность в клубе. Открыл свой личный памятник. Шутил по этому поводу: «Смотрю на себя, словно с того света». Участвует в благотворительных мероприятиях, ходит на матчи, на скачки. Вино, лошадки, жена – ведёт размеренный образ жизни почтенного главы семейства.


Как Калитвинцев в Англию ехать не захотел


— Старого знакомого Калитвинцева в Москве проведали?

— А как же. Я тут пять игр посетил: ЦСКА – «Арсенал», «Локомотив» — «Оренбург», «Торпедо» — «Белгород», «Динамо» — «Шинник» и «Спартак» — «Терек». Впечатления самые позитивные. Видел, как Юрий Палыч демонстрировал болельщикам кубок, как капитаном выводил команду на поле Лоськов. Как «Спартак» праздновал чемпионство. Повидал старого друга Бориса Петровича Игнатьева, которого в своё время устраивал на работу в «Аль-Иттихад» — вместе с «армейцами» Татарчуком и Сергеевым. «Динамо» и «Торпедо» — это национальное достояние России, и мне очень приятно, что к возвращению бело-голубых в Премьер-Лигу приложил руку мой первый официальный клиент. Я ведь занимался трансфером Калитвинцева в «Трабзонспор».


— Это было единственное достойное предложение?

— Немного раньше, когда киевляне «Барселону» с суммарным счётом 7:0 «вынесли», к нему проявлял интерес клуб английской Премьер-лиги. Я сообщил Юрию о нём. И знаешь, что он ответил? «Шандор, я не могу оставить свою команду. Мы, наверное, выиграем Лигу чемпионов».


— Та плеяда, пожалуй, могла.

— Фергюсон на жеребьёвках молился: «Только бы не «Динамо»!». Жаль, в полуфинале киевляне на «Баварии» споткнулись. Команда была изумительная.


— К тому времени, как Калитвинцев созрел для переезда за рубеж, его позиции в «Динамо» были уже не столь прочны. 31 год – не ветеран ещё. Или у Лобановского существовали на этот счёт предубеждения?

— Такое же отношение к Лужному было: 31 год, пора потихоньку к «пенсии» готовиться. И вдруг парень едет в «Арсенал» и проводит там четыре года. Чемпионом Англии становится, Кубок берёт! Возраст – штука условная. Некоторым современным футболистам в 25 уже нужно завязывать – так себя ведут. А некоторые до 40 достойно играют.


Как Лобановский напряжение снимал


— Калитвинцев вспоминал: «С Лобановским никто не мог пить на равных – падали, вставали и снова падали. При этом выпившим Валерия Васильевича никто и никогда не видел».

— Подтверждаю. После одного выездного матча киевлян я оказался в частном самолёте Григория Суркиса. Команда полетела отдельно, а Лобановский к нам присоединился. В салоне обвёл взглядом попутчиков – три-четыре человека, все непьющие – и так многозначительно на меня посмотрел, что я всё понял: «Сочту за честь, Валерий Васильевич». Казалось бы, сколько там от Запорожья до Киева лететь – минут 35, наверное. Меня из самолёта выносили, а Васильичу – хоть бы хны, словно и не пил ничего.


— Сколько же вы употребили?

— Две бутылки коньяка (улыбается).


— Не подшучивал потом над вами?

— Это не в его стиле было. Запала в душу ещё одна встреча с Лобановским. Кем я был в комплексной научной группе при федерации футбола? Маленьким винтиком большой машины. Когда через 15 лет на каком-то выезде «Динамо» мы случайно столкнулись в коридоре гостиницы – был уверен: не узнает. А он руку протягивает: «Шандор, здравствуй. Как твои дела?». Человек с большой буквы был. Недаром Венгер, Фергюсон просили меня пригласить его на тренерские курсы – просто поговорить. Его подход к футболу всех удивлял. Обрати внимание: он строил классные команды без единого иностранца: белорусы, русские, грузины – не в счёт.


— Ещё Лобановский удивлял?

— Когда он второй раз вернулся в «Динамо», у меня в клиентах было восемь игроков сборной Украины, поэтому не единожды оказывался с ним в одной компании, на тренировках. Меня всегда удивляло, насколько требовательно он относился не только к игрокам и помощникам, но и к себе. Как-то в Будапеште киевляне проводили сборы. После тренировки предложил ему: «Может, пойдём, Васильич, чего-то выпьем?». А он: «Сначала пробежимся». Дождь, снег! Но Лобановский бежал – и с ним вся банда.


— Первая встреча с мэтром отложилась в памяти?

— Я готовил отчёт по тактико-техническим действиям. Лобановский ознакомился с ним и давай отчитывать Шенгелию: как ты думаешь с такими показателями играть в сборной СССР? Мне было неловко – получается, «спалил» пацана (смеётся). А с другой стороны – приятно, что такой великий тренер ссылается на мои цифры. Иногда Лобановский мог запросить данные прямо по ходу матча – мы уже 30 лет назад работали фактически в режиме онлайн. Он серьёзно к этой информации относился, но каждого исполнителя оценивал индивидуально. Иной раз говорил: «Да, он совершил 75% брака, но свою задачу выполнил».


Как Лужный из «Арсенала» порывался уйти


— Как вы устраивали Лужного в «Арсенал»?

— Пикантный момент: «Динамо» с «Арсеналом» попали в одну группу Лиги чемпионов, и Олегу уже после подписания контракта надлежало три месяца доработать в Киеве, в том числе сыграть против будущей команды.


— Коллизия.

— А представь, что чувствовал Венгер, когда «Динамо» с Лужным обыграло его «Арсенал» и выбило из Лиги чемпионов! В том самом, памятном рейсе из Запорожья Лобановский сказал Суркису: «Может быть, мы и найдём такого правого защитника, как Лужный, но такого капитана – точно нет». Другой на его месте поберёгся бы – игра ничего не решает, чемпионы, у тебя контракт с «Арсеналом» в кармане. А Лужный при счёте 4:0 или 5:0 несётся по флангу и орёт: «Па-а-ас!».


— Слышал, что, будучи бойцом по натуре, Лужный скверно переносил физическую боль.

— Слушай, ты прав! Я вспомнил ситуацию: проходим медосмотр в «Арсенале». Анализ крови. И дедушка-врач никак не может найти у Лужного вену. Смотрю, Олег побелел, как будто в обморок сейчас грохнется. Мне сквозь зубы цедит: «Если бы это был наш Малюта, врач «Динамо», я бы его убил…».


— Из Киева Олег уезжал молчуном – двух слов не вытянешь. Англия его изменила?

— Он такой – молчун-работяга. Обижался, когда я ему встречи с журналистами устраивал. Увещевал его: «Олег, нужно. Это тоже своего рода шоу-бизнес. А всё, что делает пресса, — для публики. Твоё мнение, твои слова людям интересны». Он кривился: «Опять вы…». В этом смысле Олег не изменился.


— Казусы с ним в Лондоне случались?

— Первые две-три недели, когда он приехал в Лондон, я ходил на каждую тренировку «Арсенала» — с Арсеном пообщаться, занятия посмотреть. Команда была звёздная: Пети, Овермарс, Бергкамп. Сзади – считай, вся линия защиты английской сборной: Симэн, Диксон, Уинтербёрн, Киоун, Тони Адамс. Анри одновременно с Лужным пришёл в команду – долгое время в одной гостинице жили. Все по-английски говорят – только Олег чертыхается: «Тьфу, блин, ничего не понимаю!». Я ему: «Спокойно, всё будет нормально».


Одно время Лужный перестал попадать в состав, присел на лавку. Звонит: «Шандор, куда я, на…, попал?! Надо валить отсюда». Я говорю: «А ты посмотри налево, направо. Там лучший бомбардир чемпионата мира Шукер сидит. Там Овермарс, Кану, Бергкамп даже присаживается. Ты не в самой плохой компании сидишь! Это раз. А во-вторых, тебя «Динамо» списывало как ветерана, а здесь ты самый молодой и прогрессирующий защитник». Он задумался: а ведь правда, вся оборона – на два-три года старше. И успокоился.


— Не жалеете, что отказались представлять интересы Андрея Шевченко?

— Это уже легенда. В интервью для Rai 1 у Андрея спросили, кто представляет его интересы. Никто, говорит. Журналист недоверчиво на него глядит: как же так, обладатель «Золотого мяча» — и без агента? Шевченко пояснил: «Многие хотели со мной работать, но тот, с кем хотел работать я, — отказался». В то время у меня было довольно много игроков – человек 15, а Андрей просил, чтобы я переехал в Милан и занимался только им. Я не мог себе этого позволить.


— Не обиделся Шева?

— До сих пор дружим. Недавно встретились после матча «Шахтёр» — «Динамо», поужинали. Теперь иногда шучу по этому поводу: все агенты хвастаются своими клиентами, а я – звездой, которой отказал.


Как Гусин от миллиона долларов отказывался


— Вас связывали деловые и дружеские отношения с Андреем Гусиным...

— За день до гибели он звонил мне – я был в Закарпатье: у меня там маленький благотворительный фонд, фазенда, лошадки… Один раз вёз меня на своём «Макларене-Мерседесе» в аэропорт. Смотрю на спидометр: 330. «Андрюша, — лепечу, — я не спешу. Два часа до вылета». Он любил скорость, кайфовал от гонок. Они с Каладзе соревновались, кто первый на базу приедет. Эта страсть его и сгубила…


Уникальный по нынешним временам человек был. Один пример. Гусин был в Самаре у Гаджи Муслимовича. Приняв «Сатурн», Гаджиев предложил Андрею место тренера – видел в нём огромный потенциал. А Гусин ещё не наигрался: «Шандор, надо что-то делать». Я к Гаджиеву: «Гаджи, давай так – он твой помощник, выполняет все распоряжения. Но если увидишь, что он готов ещё поиграть, – вернёшь в категорию футболиста». Разумеется, с изменением оклада – у игрока он, образно говоря, в 10 раз выше.


— Вернул?

— Через пару недель звонит: «Гусин будет играть – лучшего нет». Проходит время – Гаджи Муслимыча выгоняют. Андрей собирает вещи и уходит следом. В «Сатурне» его тормозят: «Постой, ты же наш футболист». А он отвечает: «Нет. Я – играющий тренер. И если главного увольняют, тоже несу за это ответственность». Человек в конце карьеры от миллиона отказывается. Долларов! Где сейчас такого найдёшь?


Как Блохин Белоуса покорил


— Трудоустройство тренера – как это обычно происходит? Разберём случай Блохина и «Москвы».

— Бывает, ты звонишь и предлагаешь кандидатуру, бывает, на тебя выходят с запросом. После чемпионата мира 2006 года я понимал, что Олег уходит из сборной, но не из профессии. Начал звонить, узнавать, кто нуждается в тренере. Белоус сказал: «Нужен именитый, хороший специалист. С харизмой, характером». «О, — говорю, — характер – бомба». Но сразу обоих предупредил: ребята, прежде чем принимать решения, вы должны встретиться, почувствовать «химию» и захотеть работать вместе. Юра прилетел в Киев, и после совместного ужина в ресторане «Марио» всё было решено.


— Чем его Блохин покорил?

— Общение с Олегом у людей вызывает два желания – или плакать, или смеяться. Юра смеялся и был очень рад. Да, не всё у Олега получилось в «Москве», да, ожидали большего, но и с позором никто его не выгонял. Наоборот, всё было красиво – совместный ужин с командой на корабле, трогательное прощание. Клуб повёл себя очень достойно.


— Слышал, футболистов раздражали постоянные отсылки Олега Владимировича к собственному прошлому.

— Было такое. Я его часто просил: «Забудь. В «Москве» нет ни одного игрока класса молодого Блохина. Твоя задача – достать из этих ребят максимум. Твоего уровня они не достигнут никогда – даже если расскажешь или покажешь, как вы в 1975-м уничтожали «Баварию» с Мюллером и Беккенбауэром, а ты забивал Зеппу Майеру».


Как Стоичков с японцами дрался и на шейхах наживался


— У кого более непростой характер, у Блохина или Стоичкова?

— У обоих сложные. Как-то спросил у Христо: «Ты чего так быстро из Японии вернулся – всего полгода прошло?». Стоичков фыркнул: «Слушай, они проигрывают 0:5 – и улыбаются в раздевалке». Так Христо драться с ними лез! Ненавидит проигрывать.


— Что это был за чудной трансфер Стоичкова в Саудовскую Аравию?

— Я был уверен, что выдернуть его из «Барселоны» невозможно. Тем более – на два матча, как просил «Аль-Наср». Долго размышлял, как бы объяснить тренеру каталонцев ван Галу, что хочу забрать игрока, который 120 голов за клуб забил. Когда наконец выложил Луи свою идею, он меня ошарашил: «Только на две игры? Забирайте насовсем!». Уточнил, сколько это будет стоить. «Ничего не будет стоить, — заявил ван Гал. — Я ещё и доплачу, лишь бы его забрали».


— Чем ему болгарин не мил был?

— Стоичков пользовался огромным авторитетом в раздевалке и постоянно ворчал: «Что за левого тренера нам привезли?». К нему прислушивались. Ван Галу такой бунтарь не нужен был в команде. Думаю, конфликтный характер и помешал Христо стать великим тренером.


— Правда, что в Аравии Стоичкову гонорар в мешке принесли?

— В сумке, если быть точным. Расчёт наличными был одним из наших условий. Племянник короля, шейх Фейсал, приволок в гостиницу баул с деньгами. Христо был очень доволен. Ещё бы, за два матча и один гол – полмиллиона долларов и чуть ли не пять штук «Бентли»!


Как Венгер в ресторане произвёл фурор


— Как познакомились с Венгером?

— На подписании контракта с Лужным. Поужинали у него дома, выпили по бокалу вина.


— Супруга Арсена сервировала стол?

— Подруга. Арсен долго не женился, а когда наконец сходил под венец – через год развёлся.


— Как часто бываете в гостях у него?

— Последний раз в ноябре виделись. «Арсенал» проиграл какой-то маленькой команде – в Кубке лиги, что ли, — и после матча мы договорились поужинать вместе. Мы с Дэвидом Дином, бывшим вице-президентом клуба, явились в ресторан чуть раньше и запечатлели потрясающую сцену. При входе Арсена все посетители, человек 50 или 70, встали и начали хлопать. Я ещё подколол его: «Что же будет, если ты выиграешь?!».


— Читал, у вас бывали увлекательные диспуты – о Бекхэме и Блэре, формуле счастья…

— Арсен вообще философ по жизни. У него обострённое чувство справедливости. Кстати, много и часто обращает внимание на несправедливое отношение к Восточной Европе. Сейчас идут наезды на Россию, то же самое происходило перед Евро-2012. Сол Кэмпбелл призывал не ехать на чемпионат в Украину, «потому что там расисты». А потом болельщики Англии купили гроб, положили в него чучело Кэмпбелла и написали ему послание: «Сол, ты не прав, тут хорошие люди живут». Арсен всё это видит. Лет 12 назад сидели у него на кухне: Венгер, Дешам, ещё тренеры. Они ему: «Слушай, а ты тут шикуешь. Красивый дом, бассейн, большой сад…». «Да, — отвечает Арсен задумчиво. – Жаль только, что придут и заберут». Гости в растерянности: «Кто?!».


— В самом деле.

— Венгер продолжил: «Те придут, у кого мы всё забрали. Мы приехали и завоевали чужие земли, присвоили богатства, заковывали людей в кандалы и продавали на невольничьих рынках. Вырезали миллионы индейцев в Северной Америке и создали «самую демократичную» страну на планете. Вот за это и ответим». Венгер уже тогда предвидел, что за грехи «цивилизованного Запада» однажды придётся расплачиваться – потомкам тех, кто забирал и пленил. Хотя тогда ещё никакого терроризма, нашествия из Африки и Азии в помине не было.


— Пуховик Арсена давно превратился в объект острот и мемов. Почему Венгер его не выбросит?

— Пуховик он надевает – а шапку ты видел на нём? Никогда. В Москве «Арсенал» играл – 1:4 «Спартаку» проиграл. Холод, снег, а он – без головного убора. Есть привычки, от которых Арсен не отказывается.


Как Аршавин вёл себя в Англии


— Трансфер Аршавина Венгер не считает ошибкой?

— Он по-прежнему убеждён, что это большой талант. Ещё на Евро-2008, куда Венгер ездил экспертом от французского телевидения, Арсен для себя принял решение по Аршавину, но состоялся трансфер только в последние минуты следующего, зимнего окна. Арсен отдавал себе отчёт в том, что работоспособность у Андрея не очень высокая, но до последнего его защищал.


— Почему Аршавину не удалось в полной мере реализовать себя в Англии?

— Думаю, в этом есть и вина его окружения. Наверное, агент должен был немного больше его опекать, объяснять, куда он попал. Слышал, Андрей не знал, что в Англии надо 50% налога платить. Потом, английская культура – там совершенно иначе надо себя вести. Возможно, некоторые интервью он давал не очень хорошо, рефлектировал. Это и некоторые другие поступки – в ночных клубах и так далее – ему мешали. Арсен на него действительно надеялся и давал шанс. Обидно, что на 100% Аршавин его не использовал.


— К трансферам Жиркова, Павлюченко и Погребняка в Англию вы не имели отношения?

— С Динияром Билялетдиновым встречался в Ливерпуле по просьбе Ходжсона. Рой, будучи тренером «Фулхэма», интересовался им. По Павлюченко у меня наводил справки Дэниэл Леви, президент «Тоттенхэма». Очень высокого мнения придерживаюсь о Жиркове – он ещё далеко не полностью себя реализовал. За Юрием слежу с его первых шагов в футболе. Креатив, который в нём, — это то, чему ни один тренер не научит: либо он есть, либо нет. Почему ни у кого из этих ребят, по большому счёту, не получилось в Англии, тяжело сказать. Но не из-за профессиональных качеств. На таком высоком уровне часто решают маленькие нюансы.


Как Усманов в «Арсенал» зашёл


— Знакомы с Романом Абрамовичем?

— Раз в жизни виделись – на 30-летии Андрея Шевченко. Весь «Милан» на банкет в Лондон приехал. Для Англии нетипично, чтобы о русском тепло отзывались, но Абрамович – исключение из правила. Даже враги «Челси» к нему уважительно относятся. Взяв клуб с 300-миллионными долгами, Роман Аркадьевич сделал его одним из лучших в Англии и мире. Только тягу к частой смене тренеров мне трудно понять. Ведь все специалисты были классные. После финала Лиги чемпионов в Москве Фергюсон признался: «На месте Абрамовича я бы Авраама Гранта подписал, не задумываясь. По игре он нас превзошёл сегодня. Счастье «Манчестера», что Джон Терри пенальти смазал».


Андрей Канчельскис тогда принёс в отель «МЮ» две банки икры. Так Алекс, увидев гостинцы, закричал: «Меняю на кубок!». Для британца намазать 500 фунтов на хлеб с маслом – это тяжёлый момент…


— В чём заключалась ваша роль при покупке Алишером Усмановым акций «Арсенала»?

— С Алишером Бурхановичем познакомил Канчельскис. Я понял, что этот человек просто обожает «Арсенал», знает про команду всё. У него было два бокса на старом «Хайбери». А в верхушке клуба как раз возникли разногласия. Вице-президент Дин, чувствуя, что «Арсенал» начинает отставать от конкурентов, настаивал на привлечении дополнительных инвесторов. Подтянул к клубу миллиардера Кронке. Местные акционеры, лорды, упирались: нет-нет, Дэвид, ты не прав, никакие американцы нам не нужны. Он попробовал взять их на испуг: тогда я ухожу. Те проголосовали за его уход. Дэвид жаловался мне: «Нет ни одного человека, который бы понимал, что я хочу». Я возразил: «Знаю такого человека».


— И свели его с Усмановым?

— Да, а дальше они уже сами решали вопросы. Усманов выкупил у Дина 15% акций клуба, со временем удвоил их количество. Алишер Бурханович рассчитывал со временем стать полноправным владельцем «Арсенала», вывести клуб на высший уровень – как Абрамович «Челси». Но те же самые лорды, которые не хотели пускать в клуб американца, при появлении русского вдруг приняли Кронке как родного! Теперь он владеет контрольным пакетом – 60% акций. Притом что футбол как таковой ему особо не интересен.


Как Алейников в «Ювентус» попал


— Как вы сосватали Сергея Алейникова в «Ювентус»?

— Абсолютно случайно. Я работал помощником главного тренера сборной Венгрии. И как-то раз на курсах в Коверчиано Дино Дзофф, тренер «Ювентуса», пожаловался: Заварова никто в команде не понимает и не поспевает за скоростью его мысли. Ну я и посоветовал ему взять ещё одного игрока из сборной СССР. А на Евро-1988, напомню, советская команда не просто обыграла – порвала итальянцев в полуфинале. Дзофф задумался: «Кого, например?». Порекомендовал Алейникова. Серёжа — уникальный футболист, при любой власти играл: и у Малофеева, и у Бышовца, и у Лобановского. Других меняли, а он оставался. Через две недели Алейников звонит: «Я в «Ювентус» перехожу. Спасибо, Шандор». Как-то приехал с дочерьми к нему в гости в Турин. Сидим у камина. Стук в дверь. На пороге Джанни Аньелли.


— Тот самый?

— Представь себе! Владелец «Фиата», «Ювентуса», чуть ли не самый авторитетный человек в Италии – собственной персоной. К нему по любому вопросу люди приезжали – слово Аньелли имело большой вес.


— А к Алейникову у него какое-то дело было?

— Подарки на Рождество принёс – жене, детям. Лично. Уровень?!


— Алейников, кажется, в шахматах был силён?

— Об этом книгу можно писать. Сергей приехал ко мне в Будапешт. Зашли в редакцию местной газеты. На минутку буквально. А там ребята в шахматы играли. Он заинтересовался. Посадили за доску – обыграл одного, второго, третьего… В конце вся редакция напротив Алейникова сидела!


Как Канчельскис принца в шахматы обыграл


— Как Канчельскис саудовского принца обыгрывал – тоже быль?

— Андрей в «Рейнджерс» то играл, то не играл. Обмолвился как-то, что не прочь сменить обстановку. Предложил его «Аль-Хилялю» из Эр-Рияда. Принц Абдулла засомневался: «Что-то давно не играет – он мог бы приехать на просмотр?». Блин! Канчельскис, «Манчестер Юнайтед» — какой просмотр?! А Андрюша говорит: «Я не гордый, съезжу». Полетел. На следующий день звоню владельцу: «Как дела?» — «Всё, подписываем». Ничего не понимаю – ещё ни одной тренировки не прошло. Абдулла смеётся: «Меня весь королевский двор не мог обыграть, а Андрей вчера вечером трижды победил. Не знаю, как он играет в футбол, но партнёр по шахматам из него отменный!».


— Самое забавное воспоминание из тренерской практики в Саудовской Аравии?

— Мой босс, главный тренер сборной Венгрии Кальман, любил начинать матчи агрессивно: прессинг, атаки на пульсе 200, быстрый гол! А для этого требовалась интенсивная разминка. И вот мы разогреваемся, подгоняем игроков: «Давай, давай!». Тут из мечети доносится: «Аллах Акбар». Футболистов как ветром с поля сдувает – ушли молиться. Во время Рамадана, когда люди целый день не едят, игры в 12 ночи начинались.


Как бен Ладен из героя в террориста превратился


— В Джедде вы тренировали племянников одиозного Усамы бен Ладена.

— Больше скажу, регулярно бывал у них в доме. Усама там – икона. Собственно, он для всей Саудовской Аравии ещё после афганского конфликта стал национальным героем – помогал деньгами, спал с солдатами в окопах. CNN с BBC восторгались им, называли освободителем и борцом с советскими оккупантами. А когда оккупантами стали американцы – объявили террористом. Так чёрное или белое? Талибан чем занимался тогда, ровно тем же занимается сейчас. Двойные стандарты во всей красе. При этом семьи бен Ладена и Буша входили в одну бизнес-корпорацию.


— Но в 2011 году американцы его всё-таки достали.

— Ага, а потом, согласно исламским традициям, он был захоронен в море. Как же, слышал, читал (усмехается). Только родственники Усамы – а я прожил в этой стране 10 лет – впечатления убитых горем людей не производили. Мне кажется, по умершим – действительно умершим – скорбят чуточку иначе. Когда всему миру вешали лапшу на уши, что родные и близкие отреклись от Усамы, они только загадочно улыбались…